09 апреля 2020 Алкогольный портал союза производителей алкогольной продукции






 
 

Адрес:
121170, г.Москва,
Кутузовский пр-т, д.34, корп.21а, оф.601
тел./факс (495) 726-84-88
E-mail: info@spap.ru



 
 
 
 
 
 
 
 

Органы власти


 
 
 
 
 

  
 
 
 

Из прессы

 

17.12.2019 Катастрофа для виноделов

Госдума готовится к рассмотрению во втором чтении законопроекта о виноделии в России. Участники отрасли, обсуждавшие документ в рамках круглого стола РБК «Как изменится ландшафт российского виноделия после принятия «Закона о виноградарстве и виноделии РФ», отметили противоречивое содержание нового документа и ужесточение регулирования, а также отсутствие стимулирующих мер для развития отрасли. При этом предприниматели соглашаются, что закон, который бы описывал модель виноделия и виноградарства в России и открывал бы перспективы для инвестирования, стране, безусловно, нужен.

Первый российский закон

Дискуссия вокруг нового закона о виноделии в России набирает обороты. Подогревает ее противоречие положений последней редакции документа и нежелание авторов к их открытому и всестороннему обсуждению. Участники отрасли, принимавшие участие в совместном заседании с инициаторами документа — депутатами Государственной Думы Сергеем Неверовым, Владимиром Жириновским, Геннадием Онищенко, Анатолием Аксаковым и другими, отмечают общий настрой на то, что «вопрос уже решен» и документ будет принят в текущей редакции.

При этом участники рынка уверены — закон отрасли нужен. «Закон о виноградарстве и виноделии должен был быть принят уже давно. Но в 1985 году, когда мы начали уничтожать виноградарство, заменили вино непонятно чем, начали приучать людей к вину непонятного качества, такого закона не было. Сегодня необходимо принять закон, — уверен генеральный директор Дербентского коньячного завода Павел Мишиев. — Потом, как мы ранее это делали [с отраслью производства коньяка — ред.], вносить необходимые поправки».

Павел Мишиев (Дербентский коньячный завод) (Фото: Антон Гермагенов/РБК Петербург)

Вопрос сейчас только в форме принятия закона и его содержании. «Отрасль виноделия с очень длинными инвестициями: посадка винограда, выращивание, технологии, — перечисляет генеральный директор ЗАО «Игристые вина» Юрий Дудко. — Поэтому нужен такой закон, который в долгосрочной перспективе будет регулировать, показывать игрокам куда инвестировать деньги, куда можно развиваться». В его основе должна лежать модель виноградарства и виноделия. Например, в Италии и Испании это фермерские хозяйства, которые объединяются в кооперативы. В основном они состоят из мелких собственников. Или в основе может быть вертикально-интегрированная модель по аналогии с водочной отраслью в России, где будет несколько крупных игроков. «Поэтому закон нужно обсудить, проговорить модель, а потом уже на ее основе строить все остальное, — считает Юрий Дудко. — Данный же законопроект выпрыгнул как черт из табакерки — никто не знает откуда, никто не принимал участие в разработке, поэтому он вызывает опасения. Но сам закон нужен».

Юрий Дудко (ЗАО 'Игристые вина') (Фото: Антон Гермагенов/РБК Петербург)

Главный документ для отрасли должен описывать стратегию и создавать рамки, за которые заходить нельзя. «В законе нужно прописать запрещенные приемы, но прописывая общепринятые в России технологические методы, как это предлагают сейчас, мы не позволяем перенимать виноделам европейский опыт, вводить что-то новое и технологичное, — отмечает советник Ассоциации виноделов Севастополя Дарья Морозкина. — Когда мы говорим что делать можно, то получается, что все новое автоматически нельзя. Развития в такой концепции не будет».

Дарья Морозкина (Ассоциация виноделов Севастополя) (Фото: Антон Гермагенов/РБК Петербург)

Против балка

Одна из главных претензий отрасли к документу — резкий запрет на производство вина из импортного виноматериала (балка). На данный момент Россия обеспечивает себя виноматериалами примерно на 30%, остальное ввозится. «Мы не говорим о некачественной продукции, речь идет о снижении стоимости для потребителя. Если вино производит Австралия, или Калифорния и оно просто разливается здесь, то это стоит на 15% дешевле, а значит доступнее потребителям. Запрещая ввоз вина балком, мы тем самым повышаем возможности заработка 30% российских виноделов, но при этом отдаляем перспективу, когда потребитель станет пить больше вина, просто потому, что вино в этот период станет дороже, его автоматически станут пить меньше», — отмечает, президент Союза производителей алкогольной продукции Игорь Косарев.

Игорь Косарев (Союз производителей алкогольной продукции) (Фото: Антон Гермагенов/РБК Петербург)

«Из-за запрета на использование импортного балка объемы производства добросовестных российских производителей значительно сократятся. Быстро восполнить недостаток объемов российским виноградным сырьем не удастся — цикл выращивания винограда долгий, по разным расчетам на полное замещение уйдет 10-15 лет. В результате, освободившиеся полки мгновенно будут заняты бутилированным импортом или продукцией из сырья неизвестного происхождения», — поясняет Юрий Дудко.

При этом использование виноматериалов наливом в мире растет, поскольку возить через весь мир стеклянные бутылки невыгодно, добавляет коммерческий директор компании «Ладога Дистрибьюшен» Дмитрий Исаченков. «В таких условиях нужно разделять виноградарей - тех, кто делает вино из местного винограда, и тех, кто делает вино из виноматериалов. При этом в мире нет практики запретительных мер, используются методы поддержки — производителям предоставляют субсидии. А сейчас в законе вопрос решается одной фразой и нет прописанных механизмов поддержки для реальных виноделов», — отмечает Дмитрий Исаченков.

Дмитрий Исаченков («Ладога Дистрибьюшен») (Фото: Антон Гермагенов/РБК Петербург)

Если и отказываться от импортных виноматериалов, то делать это надо постепенно, уверены участники дискуссии. «Поэтому давайте думать, как плавно перестроить систему, чтобы не вводить легальную отрасль в упадок», — добавляет Юрий Дудко.

Всего в Россию сегодня завозится 120 млн литров балка. Общий объем виноматериалов, используемых в России, составляет 750 млн литров в год, остальное — собственное производство и сырье неизвестного происхождения. Вот с последним и нужно бороться, уверен Юрий Дудко, а не с качественным виноматериалом, ввозимым легально.

«С тем порушенным хозяйством и отсутствием виноградников, нам не произвести достаточное количество вина для страны. Поэтому сначала необходимо инвестировать, причем не только частные деньги, но и государственные. Надо давать гранты, чтобы отрасль поднять, чтобы создать рабочие места. Нужно создать условия, при которых, условно, через какое-то время можно будет ограничить ввоз балка и заменить его российским вином без роста цены. Успешные примеры в мире есть — Новой Зеландии потребовалось 20 лет, чтобы создать свою отрасль с нуля», — отмечает Игорь Косарев.

Пока договориться по разрушительному для рынка вина пункту о запрете производства вина из импортных виноматериалов законодателям и представителям бизнеса не удалось, но идет обсуждение об отсрочке вступления в силу этого пункта на 10 лет, отметили участники дискуссии.

Регуляторная нагрузка

Другая претензия представителей рынка к законопроекту связана с резким повышением регулирования. Текущий законопроект на 50 страницах из 57 описывает различные разрешения, согласования, дополнительные реестры — недоумевают участники дискуссии. «Закон безусловно отрасли нужен и мы его поддерживаем. В обсуждении нынешнего законопроекта мы прежде всего отстаиваем интересы виноделов. Важно принятием закона повысить инвестиционную привлекательность отрасли. Наша цель — чтобы отрасль развивалась. Но при этом мы опасаемся, что принятие закона приведет к излишней зарегулированности», — говорит учредитель агрофирмы «Золотая Балка» Артем Зуев.

Артем Зуев ('Золотая Балка') (Фото: Антон Гермагенов/РБК Петербург)

Сделать это можно как подзаконными актами, так и дополнительными интервенциями, полагают участники дискуссии, вводить для этого такое количество дополнительного регулирования вовсе необязательно. Его достаточно и сегодня. «За год мы получили 310 запросов на предоставление информации от разных госорганов, из которых 100 — от департамента сельского хозяйства Севастополя. То есть каждые три дня мы получаем новый запрос. И это в той либеральной системе, которая есть сейчас», — приводит пример Артем Зуев.

Законопроект же предусматривает создание и дополнительных органов регулирования. Например, это центральная дегустационная комиссия. Сейчас они формируются на уровне регионов. Создание центрального органа, которому в ведение собираются отдать и рейтинги — избыточная мера, которая может привести к манипулированию мнением потребителя, полагают участники дискуссии. «Рейтингов у нас не хватает, но рейтинг не должен быть обязательным, тем более рейтинг не должен контролироваться государством. В противном случае это уже не рейтинг, — уверен Дмитрий Исаченков.

Важный аспект закона — распределение полномочий. Участники отрасли предлагают оставить часть полномочий по регулированию отрасли региональным органам власти, но в рамках нового документа предусмотрено решение всех вопросов и выдача разрешительной документации на федеральном уровне.

Например, законопроект предусматривает новую процедуру утверждения защищенных географический указаний. Теперь утверждать состав, наименование виноградо-винодельческих зон и терруаров будет правительство РФ по предоставлению полномочий федерального органа, отмечает начальник отдела анализа, контроля и приема деклараций управления по виноградарству и винодельческой промышленности Министерства сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края Эмиль Минасов. «То есть винодел пойдет сначала в федеральный орган власти, пообивает там пороги, мы отлично понимаем, что вопрос быстро не решается. Затем документы уйдут в правительство, выйдет решение правительства, а потом винодел с этим названием должен идти в Роспатент для регистрации этого наименования, как того требуют поправки в Гражданский кодекс. Итого: год-два — и у вас новая этикетка. А между тем сейчас все действия по определению географического объекта на уровне региона занимают максимум три месяца. И такие новые для отрасли административные барьеры возникают почти в каждой статье закона», — поясняет Эмиль Минасов.

Эмиль Минасов (Министерство сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края) (Фото: Антон Гермагенов/РБК Петербург)

Зарубежный опыт говорит о том, что такие органы возглавляет представитель производителей, а не чиновники. «Например, совет Кьянти в Италии — во главе известнейший производитель, которого выбрали сами участники рынка. Люди в любом винодельческом регионе должны сами решать и выбирать внутри себя аксакала. Я плохо представляю, как сотрудники федерального центра в Москве могут разрешать что-то по поводу автохтонов Крыма или Краснодара», — отмечает Дмитрий Исаченков.

И если решить вопрос с дегустационной комиссией и рейтингами виноделы рассчитывают апеллируя к здравому смыслу, то вот работу с несколькими новыми уровнями принятия решения называют катастрофой для отрасли. «Мы не за себя боимся, мы за пять лет хорошо выстроили бизнес и понимаем как управлять, но тот, кто придет с нуля, он ощутит все сложности. И вместо того, чтобы взять одного агронома, одного тракториста и управлять своим маленьким виноградником для души, у него будет штат людей, который будет заниматься бумажной работой», — говорит Артем Зуев.

Барьеры и стены

Среди недостатков текущей версии законопроекта виноделы также называют противоречивость его положений. «В законопроекте есть статьи, исключающие друг друга. Например, можно ли привозить балк и разливать? Статья 24 говорит нельзя, а 25 — можно. Поэтому важно понять, что именно имели ввиду авторы законопроекта, а потом уже обсуждать — годится это, или нет», — отмечает Игорь Косарев.

Еще одним обременением обещает стать требование согласования действий с комитетом по науке. «Предлагается, что наука совместно с органами государственной власти сверху установит в каком терруаре какие сорта сажать, какие способы обработки применять, какие химикаты, — отмечает Дарья Морозкина. — Сейчас из законопроекта непонятно, будет ли бизнес иметь право сказать, что этот сорт некоммерческий, что никто не будет его покупать или что есть уже новые методы».

И если виноделы и готовы к такому сотрудничеству с наукой, то вот наука о виноделии в России сейчас не в самом лучшем состоянии.«Мы с удовольствием будем привлекать науку, но сегодня виноделие как науку в России нужно возрождать. И на это уйдет ни один год интенсивной работы», — дополняет Артем Зуев.

Вызывают вопросы у участников рынка и проверки общественного контроля — отсутствие прописанных процедур может привести к непредсказуемым результатам. «Общественный контроль, в том виде как он прописан сейчас, превращается в промышленный шпионаж», — отмечает Эмиль Минасов.

В итоге в случае принятия документа, отрасль получает огромное количество регулирования. «Если посмотреть аналитически, то в этом тексте закона нет никаких пряников для отрасли, там сплошные барьеры и стены», — говорит Эмиль Минасов.

Проверка на прочность

Есть в документе и положительная сторона — борьба с фальсификатом. Но подделку виноделы трактуют несколько шире. «Фальсификатом мы называем в том числе вино, которое называется крымским, но ничего общего с ним не имеет. Люди пользуются временными условиями, которые позволяют сегодня вводить потребителя в заблуждение», — поясняет Артем Зуев.

Поэтому важная задача, которая стоит перед законодателями — это борьба с компаниями, которые используют в производстве сырье неизвестного происхождения, считает Юрий Дудко. «На данный момент в документе не прописаны какие-либо меры против компаний, которые производят продукцию из контрафактного сырья. Нужно проработать механизмы, которые позволят отслеживать происхождение виноматериала и винограда, и использование его при производстве. Так как зачастую недобросовестные производители используют виноматериал только на бумаге, а по факту заменяют его дешевым сахаросодержащим сырьем», — сказал он.

Среди эффективных решений со стороны государства в отношении отрасли участники дискуссии называют действующие меры поддержки производителей винограда в Крыму и Краснодарском крае, изменения в Налоговом кодексе. Последние вступят в силу с 1 января 2020 года и предоставят возможность налогового вычета непосредственно на виноград. Эта мера, по оценкам участников отрасли будет способствовать инвестиционной привлекательности виноделия.

Сама отрасль сегодня находится в сложном экономическом состоянии и кроме поощрения отрасли, развития инвестиционной привлекательности, тарифных и налоговых мер, надо снижать и административные барьеры, отмечают участники рынка. «Мы выдвигали инициативу о лицензировании, — приводит пример Эмиль Минасов. — Лицензировать производство и оборот российского вина надо таким образом, чтобы производство в понятие «лицензия» не входило, только начиная с этапа наклеивания марки и оборот. А лицензии выдавать на 15 лет - тем, кто производит продукцию из российского винограда, а фермерам в рамках крестьянских фермерских хозяйств (КФХ)  — бессрочно, чтобы было какое-то стимулирование».

«В любом случае, закон нужен, — заключает Артем Зуев. — Закон принимается не на месяц и не на год, а на десятилетия, поэтому мы хотели скорректировать некоторые пункты этого закона».

Однако времени на внесение изменений не остается. По словам спикера Госдумы Вячеслава Володина, 18 декабря 2019 года законопроект может быть рассмотрен сразу во втором и третьем, окончательном, чтениях. Участники рынка призывают законодателей не спешить, услышать их аргументы и включить предложения в итоговый вариант законопроекта, целью которого, как надеются виноделы, является не тотальная зачистка рынка и невозможность продолжать бизнес для многих компаний, а разумная и адекватная поддержка отечественных производителей и борьба с фальсификатом.

ВИДЕО>>

plus.rbc.ru>>

 

Все статьи

All contents © 2006 - 2020
СПАП – Союз производителей алкогольной продукции